Главная - ТЕОРИЯ ПРОГРЕССА

08.09.2010

ДЕНЬ РОЖДЕНЬЯ САМОЛЕТА

'
..Сквозь дуновение ветров,
Суровый край, берез неслышный шелест,
Нам Родина привет передает, -
Здоровья и надежды добрый жест.

Пусть небо, звезды, солнце,
Пусть каждый гвоздь, осенний лист -
Зовут нас ввысь!
Нам узелок на память.

Мой добрый край, мне весело с тобой,
Твоих пустынь, морозов, суховеев
Серебряным крылом печали мглу развеяв,
Зависну белой точкой над страной,
Как символ счастья, знамя человека

*****

Представленная ниже теория Прогресса - это взгляд на мир с точки зрения компьютера, - взгляд из двадцать первого века, - века подготовки к построению постиндустриальной цивилизации. Её предназначение - быть спутником нового ведущего класса, - класса инженеров, операторов и технологов

Не оглядывайся

ТЕОРИЯ ПРОГРЕССА
http://alter.sinor.ru/lisek

ПЕРЕДАЕТ ИЗ СТРАНЫ ЗНАНИЙ БОЛЬШОЙ ПРИВЕТ ОТ:
прохладного дерева эволюции, потолка самостоятельного развития, январской изотермы техносферы, стратегического центра цивилизации, также от династий Сатурна, биотканевой диаграммы Человека

С О Д Е Р Ж А Н И Е

ПРО ПЕРЕСТРОЙКУ

"Все новое рождается в муках", - такие слова написаны в одной толстой старинной книге.
      Однажды эта книга попалась на глаза самому первому динозавру. Он был совсем новый, и не большой, и не маленький. А очень непонятливый.
      "А почему это - в муках?" -спросил он. Совсем новый динозавр и не думал услышать что-нибудь в ответ, но в это время мимо пролетал ветер. Ветер сказал динозавру: "Почемучкина."
      - Не почемучкина, а почему. Почему я должен мучиться? И кто меня будет мучить?
      - Я тебя буду мучить, - отозвался ветер.
      - За что? - удивился динозавр.
      - Потому что ты попросишь, чтобы я тебя помучил, - сказал ветер. И не успел совсем новый динозавр и рот открыть, а ветер уже улетел далеко-далеко.
      Прошло несколько лет, и Дон-ди (так звали совсем нового динозавра) совсем забыл об этой беседе. Он ходил по роскошным лесам и лугам, ел всякие вкусности, взрослел, созревал, старился, а однажды вдруг умер и снова родился, - совсем-совсем молоденьким.
      - Вот, здорово, - сказал Дон-ди, - началась вторая жизнь.
      Он опять ходил по роскошным лесам и лугам, ел всякие вкусности, взрослел, созревал, старился, и в один прекрасный день - умер и снова родился - совсем-совсем молоденьким.
      - Ага, - сказал Дон-ди, - третья пошла. Он отправился в лес и сделал три царапины на самом главном дереве.

      И снова он гулял по роскошным лесам, умирал и рождался, рождался и умирал, и снова рождался. И так ему все это надоело, что он совсем перестал радоваться.
      Однажды, когда он в очередной раз родился и сидел на камушке, прилетел ветер и пропел ему:
      - До-ро-гой Дон-ди, поздравляю тебя с тысяча первым днем рождения! Пусть твоя тысяча первая жизнь будет самой-самой!
      - Ветер, - сказал Дон-ди, - ты можешь сделать так, чтобы я умер и потом ни за что - ни за что не родился?
      - Нет, - отозвался ветер.
      - Мне так прескучно... Я хочу чего-нибудь нового. Пусть будет так, как написано в той мудрой книге... Ветер, я тебя очень прошу, помучай меня, пожалуйста, чтобы в жизни рождалось новое. Пожалуйста!
      - Дорогой Дон-ди, как долго тебя мучить?
      - Десять тысяч жизней.
      - Будь по-твоему. Только помни, Дон-ди, ты должен всегда оставаться самим собой. Это самое трудное испытание. Только так в твоей жизни будет рождаться новое. До свидания. - Ветер на минуту затих, собрался и улетел на Север.
      Ночью, перед рассветом, стало холодно. Когда первые лучи утреннего солнца осветили землю, Донди увидел, что цветы и травинки все заплаканные. Большие прозрачные слезинки соскальзывали с лепестков и рассыпались брызгами по остывающей земле. "Они плачут от радости, что в их жизни появился новый холод-д-д". Донди весь дрожал. Он стал бегать и прыгать и сделал самую первую физзарядку.

      Год от года ветер пригонял с севера все больше и больше прохлады. Уже не так ярко цвели цветы, не такие сочные были листья и травы. Уже приходилось искать особые места, куда не долетал ветер, где земля застелена толстым ковриком из листьев.
      Свой 2001-вый день рождения Донди встретил не один. У него появились три старших брата.
      Первый брат убежал от холода на юг.
      Второй - весь съежился от холода, стал маленьким, потому что маленьким все нипочем.
      Третий - стал большим-пребольшим, потому что большим всегда жарко, даже когда на улице холодно.
      А Донди остался самим собой и дрожал от холода. Ему было очень плохо, но ему совсем не было скучно.
      На самом главном дереве он нашел записку, которую оставил ветер. В записке было написано: "РАССЛОЕНИЕ". Донди подумал, что это про его братьев, которые убежали от него в разные стороны.
      Свой 3001-вый день рождения Донди встретил с радостью и печалью.
      Печаль - от того, что первый брат уже убежал так далеко на юг, что его нельзя было увидеть даже в самый сильный телескоп.
      Второй брат съежился от холода так сильно, что его нельзя разглядеть даже в самый микроскоп.
      А третий брат стал таким большим и тяжелым, что провалился сквозь землю.
      Радостным событием у Донди было то, что у него появилось три новых брата.
      У первого брата была пятая нога.
      У второго брата было две головы.
      У третьего брата ничего не было, потому что он был нормальный.
      А сам Донди посмотрел на себя и увидел, что он мхом зарос.
      Он сразу побежал к главному дереву, но записки там не было. Зато в дупле лежал новенький юбилейный рубль.
      Он весь блестел. По ободочку у него было написано тоненько: "Перестройка". С передней стороны - крупными буквами: "Шок и запустение". С другой стороны - "Гуманизм и свобода".
      Донди подумал: "Шок и запустение", - это про моих пропавших братиков. А "Свобода и гуманизм", - это про моих новых братиков и меня самого.
      А можно еще так: холод делает шок. Шок делает запустение. Запустение - это, когда старшие братья пропадают, и их не надо бояться, а надо куда-то девать их еду.
      Еды навалом. Бояться некого. Отсюда появляется гуманизм. А когда из гуманизма появляется команда уродов навроде меня, - это значит, что свобода - полная.

      Донди кончил думать про Перестройку и вспомнил, что он совсем забыл про холод. Почему? - Потому, что холод запутывался во мху, которым зарос Донди.
      Ах, как ему повезло! Как хорошо быть уродом.., - Донди побежал проведать своих братиков и расплакался.
      Потому что они медленно замерзали. Рядом с ними лежала еда, никто их не обижал... Донди плакал и думал, что Перестройка - это время любви, когда жалко всех-всех.
      Так Донди остался совсем без братиков. Вернее, каждый раз, когда он рождался заново, вместе с ним рождались и братики. Но они быстро замерзали, потому что были или слишком нормальными, или - уродами, но уродами неправильными.
      А Донди всегда везло: каждый раз он рождался еще большим уродом, чем прежде, и каждый раз совпадало, что его новое уродство помогало противостоять холоду.
      К концу Перестройки Донди родился с печкой внутри. И эта печка залезла в голову, и от этого голова стала в пять раз больше. Донди даже открыл такой закон природы: где между деревьями пролезает его большая голова, - там он запросто пролезет весь целиком.
      Со временем печка тоже стала ненормальной, - у нее внутри появилась электростанция и компьютер.
      - Ну, что, Дон-ди? Устал? Отдохнешь? - спросил ветер у Донди.
      Донди обрадовался, что ветер с ним заговорил. - Ветер, спасибо тебе. Давай отдохнем.
      - Сколько?
      - Тысячу жизней.
      - Хорошо. - И с этой минуты температура воздуха перестала падать и даже стала чуточку расти
********

КОНЦЕПЦИЯ РАЗВИТИЯ СТРАНЫ

Концепция развития - это научно обоснованный алгоритм современного и предстоящего развития страны. Теория Прогресса определяет северо-востоку Евразии приблизительно следующую концепцию:

ПОТЕНЦИАЛЬНОЕ ПЕРВЕНСТВО. Россия представляет самый суровый климатический угол земной суши (не считая Антарктиду). Поэтому она обладает самым высоким на планете эволюционным потенциалом, реализованным в двадцатом веке лишь на несколько процентов. Этим она отличается от всего остального мира, достигшего или уже достигающего теоретического потолка самостоятельного развития.
СОВРЕМЕННОЕ ПЕРВЕНСТВО. Помимо России на планете существует еще несколько суровых пространств суши, но Россия, являясь частью обширной Афроевразии, обладает наибольшими возможностями для эволюционного выбора и климатического маневрирования. Поэтому Россия, по сравнению с другими равноклиматическими территориями, обладает более мощным и устойчивым эволюционным (анатомическим, лингвистическим, научно-техническим, социальным) потенциалом.
ИНТЕРНАЦИОНАЛЬНОЕ РАЗВИТИЕ ИНТЕЛЛЕКТА. Дети России обладают высоким врожденным интеллектуальным потенциалом, легко и с небольшими затратами усваивают современную сумму знаний. Но низкая плодовитость сурового климата оставляет место и для приезжей талантливой молодежи со всех концов Земли. Россия во многом опиралась и будет опираться на интеллектуальную диаспору планеты и, прежде всего, ее западных и южных пограничных территорий.
РАЗВИТИЕ ОТ КОММУНИЗМА К КОММУНИЗМУ. Суровый климат России прочно связывает ее древнее и новое население круговой порукой коллективизма. Этот уникальный коллективизм, почти без потерь выдержавший испытание феодальным и капиталистическим прибавочным продуктом, является объективной предпосылкой для размещения в России постиндустриально-коммунистической цивилизации, обязательным условием расцвета которой является интеллектуальное единство общества. Россияне, осуществляя переход от коммунизма каменно-родового к коммунизму постиндустриальному, обращаются к промежуточным классовым общественным формациям. При этом местный коллективизм обогащает и поддерживает эти южные реликтовые формации в их трудном противостоянии климату России. По мере роста создаваемой ими материально-технической базы, народное предвидение постиндустриального царства благосостояния и гуманизма приобретает все более и более реальные очертания.
ТЕХНОЛОГИЧЕСКОЕ СТРОИТЕЛЬСТВО. По мере роста технологического уровня России, увеличивающийся поток безвозмездного материально-технического экспорта за рубеж способствует обогащению, просвещению и гуманизации исторических регионов планеты, включению их в качестве экологической компоненты в единую постиндустриальную систему Земли

ПРО СНЕЖНУЮ КОРОЛЕВУ

      Ему казалось, что он уснул. Он был просто маленький гномик и никак не думал попасть на день рождения к Снежной королеве.
      - Как называется твоя планета? - спросил он.
      - Атлантида, - ответила Снежная королева.
      Она опустила на стол большой торт, на котором было две свечи.
      - Тебе исполнилось два года? - спросил гномик.
      - Нет, просто мой день рождения бывает один раз в две тысячи лет.
      - А-а, - сказал гномик, - тогда надо было зажечь не две, а двадцать свечей.
      Он ждал ответа королевы, но она молчала, и он стал разглядывать ее планету.
      Она была вся замерзшая. Кругом были одни сосульки и не было ни одной свечи. - Теперь он знал, почему у Снежной королевы было только две свечи, а не двадцать.
      - А почему солнце такое маленькое?
      - Потому, что моя планета в сто пятьдесят шесть раз дальше от Солнца, чем твоя Земля.
      - Земля совсем не моя, - поскромничал гномик, - а зачем твоя планета?

      Снежная королева таинственно улыбнулась и подала ему фонарик. Гномик повертел фонарик в руках, нажал на кнопку. Из фонарика вылетел луч света и улетел далеко-далеко, прямо в звездное небо.
      - А теперь пошли лучик света мимо Солнца.
      Гномик так и сделал: прицелился фонариком чуть левее Солнца и нажал на кнопку. Из фонарика вылетел еще один лучик света, промазал мимо Солнца, но почему-то изогнулся возле него кочергой, будто ему очень захотелось прилипнуть к Солнцу, но в последнее мгновение он передумал и просто улетел в другую сторону.
      - Чего это он? - сказал гномик.
      - Солнце тяжелое, поэтому оно все притягивает к себе, как магнит, и лучики поэтому становятся кривыми.
      - А мысли у людей тоже становятся кривыми?

      Снежная королева ничего не отвечала. Гномику стало грустно: настоящая королева никогда не скажет, что у кого-то - кривые мысли, даже если это правда. Он хотел сказать, что надо прицепить Землю к ракете на буксир и увезти ее подальше от тяжелого Солнца. Но он не стал ничего говорить, потому что королева гладила своим пальчиком хрустальное яблоко, а он еще не научился различать, где здесь хрусталь, а где - лед.
      - А теперь повернись к солнцу спиной. Что ты видишь перед собой?
      - Вижу много-много звезд.
      - А еще?
      - Небо из угла в угол перепоясано лентой Млечного пути, как на свадьбе, а прямо посередине этой ленты - дырка.
      - Не свадьба и не дырка. Лента - в честь моего дня рождения, а дырка - это темная занавеска из тумана. За ней много-много звезд, больше, чем на всем небе, потому что там находится центр Галактики.
      - А что такое Галактика?
      - Это такая большая летающая тарелка, внутри которой мы живем.
      - Понятно, - сказал гномик, хотя ему совсем не было понятно, для чего все это.
      - А центр Галактики тяжелый?
      - Да. Снежная королева потянула за шнурочек, и гномик увидел самый настоящий телескоп, - с большим экраном и машиной времени.
      - Когда Земля попадает между Солнцем и занавеской, центр Галактики тянет ее в другую сторону от Солнца. И от этого мысли у людей немножко выпрямляются.
      Снежная королева посмотрела внимательно на гномика, чтобы проверить, что он все понял и продолжала:
      - Центр Галактики очень далеко, поэтому моя планета помогает ему выпрямлять мысли людей.

      - Как хорошо, - удивился гномик и стал смотреть в телескоп на Землю. - Посмотри, на Земле начинается фейерверк! Люди тоже празднуют твой день рождения.
      - Они не празднуют, они стреляют друг в друга.
      - Но у них же сейчас - самые выпрямленные мысли!
      - Нет, - Снежная королева посмотрела на занавеску, - самые выпрямленные мысли были у них три минуты назад, когда моя планета точно-точно была между центром Галактики и Солнцем.
      - Но твоя планета еще целых пятьсот лет будет по эту сторону Солнца, целых пятьсот лет она будет помогать! Только помощь теперь уменьшается.
      - Поэтому люди и обиделись.
      - И стреляют друг в друга?
      - Тебе хочется, чтобы они стреляли в меня?
      Гномик не нашелся, что ответить.
      - А потом, когда твоя планета зайдет за другую сторону Солнца, она будет мешать центру Галактики выпрямлять мысли?

      Снежная королева опустила глаза и молчала.
      - Но я же ничего не могу. Если мы три минуты назад остановим планету, - она упадет на Солнце...
      Она продолжала смотреть куда-то в сторону, и на щеке у нее появилась слезинка.
      Гномик совсем не знал, что делать. У него даже не было платочка, потому что свои слезы он всегда вытирал рукавом.
      Ему было очень жалко, когда плачут маленькие принцессы, а здесь плакала настоящая королева, и у нее был День рожденья, и он совсем растерялся.
      Он подошел к ней и стал говорить:
      - Люди совсем не стали лучше от того, что у них выпрямились мысли. И они не станут хуже, когда эти мысли снова закрутятся. Польза твоей планеты в том, что попеременно разгибая и отпуская кривые мысли людей, она расшевеливает их, делает гибкими. Если бы не было твоей планеты, мысли у людей совсем бы уснули, и они обратно превратились в обезьянок. - Поэтому твоя планета очень хорошая и полезная.
      - Правда? - Снежная королева недоверчиво посмотрела на него и улыбнулась.

      Гномик обрадовался, что он так здорово придумал про полезную планету, и придвинулся к телескопу
      - Что ты видишь? - спросила Снежная королева.
      - Вижу лейкоцит, - важно ответил гномик.
      - А что такое "лейкоцит"?
      - Лейкоцит - это такая маленькая летающая тарелка.
      - Тогда это не лейкоцит, - это планета Плутон, самая далекая планета, которую смогли увидеть люди в свои телескопы.
      - Но твоя планета, совсем, как Земля: она в пять раз больше Плутона!
      - В пять раз больше и в пять раз дальше, - отвечала Снежная королева. - Даже если люди и увидят мою планету, они подумают, что это просто маленькая звездочка. Далекие планеты в телескопах только тем и отличаются от звезд, что они плывут по небу. А моя планета в десять раз медленнее самого медленного Плутона..
      Можно я отлучусь ненадолго, пока мы возле занавески? На день рождения мне разрешается проведать моих сестер.
      - Да, - сказал гномик.
      - Я сейчас, - Снежная королева махнула ему рукой и растворилась.

      Гномик положил левую руку на ручку увеличения телескопа, правую - на ручку ускорения времени (на этой ручке были плюсы, минусы и нолик посередине) и стал рассматривать планеты.
      Они были далеко и вращались вокруг Солнца намного быстрее. Они тоже то разгибали, то отпускали мысли людей. Гномик догадался об этом потому, что когда у какой-нибудь планеты был День рождения, - когда она становилась как раз между Солнцем и занавеской, на Земле вспыхивал фейерверк или просто становился ярче.
      У Земли тоже был День рождения - один раз в год, 22 июня, утром, без трех минут четыре. Гномик смотрел, как проходили три минуты, и ровно в четыре часа на Земле вспыхивал фейерверк или просто становился ярче. Часто он был совсем незаметный, как перископ у подводной лодки, но иногда вспыхивал так ярко и надолго, что гномик боялся, что Земля испортится.
      Он догадался, что яркость фейерверка зависит от дней рождения других планет, и еще он догадался, почему кусочек звездного неба, по которому плывут планеты сразу после дня рождения (когда смотришь на них с Солнца) называется созвездием Стрельца. - Потому, что некоторые люди в это время начинают стрелять.
      Одна планета так быстро крутилась вокруг Солнца, что размазалась в колечко. Гномик стал щелкать замедлителем времени, но колечко никак не хотело собираться в планету. Тогда он совсем остановил время, но и это не помогло. Это была та самая планета, которая когда-то рассыпалась на мелкие кусочки, которые растянулись в колечко по всей ее дороге. Гномик даже помнил первую половину ее названия: "Фаэ.." Но он не стал вспоминать вторую половину, потому что размазанные планеты не разгибают людям мысли.

      И он стал смотреть на Луну. Луна была так близко расположена к Земле, что вызывала на ней приливы. Она была такая сильная, что разгибала мысли сама по себе, в то время, как планеты были просто помощниками у центра Галактики. День рождения у нее люди называют полнолунием. В это время она точно тянет Землю от Солнца, и мысли у людей становятся самыми прямыми.
      Гномик повернул чуть-чуть телескоп и увидел, как люди встречают день рождения Луны. - Им было очень легко и хорошо, так, что было даже жалко спать: они работали и гуляли до самого утра.

      А в это время из-за занавески появилась маленькая звездочка. Она становилась все больше и больше. - Это кончилась переменка у Снежной королевы, и она торопилась вернуться на свое рабочее место, на свою планету Атлантиду

* * * * * * *

Со слов лисенка записал
Новицкий Виктор
1990-2010
Алтай

Записная книжка лисёнка | Почтовый ящик liseklist.ru